Архитектоника коры головного мозга

Как мы определились в предыдущей теории модульной психологии (Определение и свойства нейронного модуля), новая кора головного мозга (неокортекс) состоит из множества модулей, которые в виде вертикальных цилиндров диаметром 500 мкм по сведению В. Маунткасла и 300 мкм по сведению Я. Сентаготаи пронизывают все шесть слоев неокортекса. С учетом того, что площадь поверхности коры взрослого человека равна 220 000 кв.мм, то получается, в коре больше одного или двух миллионов модулей. С учетом общего количества нейронов, в одном модуле десятки тысяч нервных клеток (крупная компания, научный центр из сотрудников), а нейронных отростков модуля в десятки тысяч раз ещё больше, что позволяет каждому модулю иметь надежную прямую связь со всеми модулями, со всей корой головного мозга.

Не столько возбуждающие, а более важны затормаживающие связи. Ведь у модуля стремительно растет амплитуда, он своим очагом возбуждения порвет мышцы, связки и сам погибнет, если не сдерживать его активность. Модули создают между собою связи, чтобы регулировать и балансировать между собою работу.

Кора делится на области, на поля. По мыслительной специфике модули локализуются в первичной, вторичной и третичная коре головного мозга.

Модули первичной коры назовем колонками. Нейроны колонок лишены мыслительных свойств, так как колонка обязана быстро и точно исполнять функции и команды. За солдат размышляют их командиры.

Сенсорная колонка принимает информацию от специфических ядер таламуса и рецепторов. Моторная колонка по пирамидальному нервному пути отдает команду сокращения прикрепленной к ней скелетной мышце.

Информация от таламуса в первичной коре необходимо откладывается в проекции колонок. Одна колонка и в принципе не может принять информацию, так как появляется опасность очага возбуждения. В проекции колонки корректируют свою активность. Первичную кору ещё называют проекционной. В зрительной первичной коре изображения в прямом смысле заносятся на колонки, как если бы мы это сделали карандашом.

Сообща работает проекция моторных колонок, регулирующие друг друга. Одна колонка создаст очаг возбуждения и порвет мышцу.

Колонка сохраняет информацию, но очень короткое время - сразу с неё все стирается, колонка приходит в исходное состояние для получения новой информации или команды. При восприятии совершенно разных предметов может использоваться одна и та же колонка в проекции с другими колонками.

Модули вторичной коры - доминионы. Как колонки работают строго в проекции, так и доминионы во избежание очага возбуждения функционируют в ассоциации доминионов. Иными словами, плохо, ведет к расстройству одна проблема, а когда проблем много, то они нивелируют друг друга и, наоборот, поднимается настроение, укрепляется решимость действовать.

При этом каждый доминион управляет проекцией колонок. Два доминиона могут использовать одну и ту же колонку по очереди, поэтому тем более нужна согласованность в их работе, связь между доминионами. Сенсорный доминион готовит проекцию колонок для принятия ожидаемой информации, моторный доминион готовит проекцию моторных колонок для осуществления программы мышечных реакций. И, разумеется, у доминиона в отличие от колонки мыслительный потенциал больше, ДНК нейронов доминиона нуждается в дофамине при создании новых связей.

Доминион работает на самой высокой гамма-частоте. За одну секунду доминион может передать в первичную кору своей проекции до 120-170 команд. В том случае, если доминион с каждой колонкой работает отдельно, то у доминиона 100 колонок, которые он может подготовить за секунду к восприятию информации.

Колонка только получает и исполняет команду. Синхронную и последовательную работу организует доминион, у доминиона содержится память с алгоритмом активности колонок в проекции. Мышление доминиона меняет, совершенствует алгоритм проекции.

Амплитуда доминиона не высокая, повышение амплитуды при высокой частоте приводит к сбою всей работы. Доминиону и нет необходимость иметь большую амплитуду, вся специфика его внутренней и внешней информации заключается в строении орбит, в связях с корой больших полушарий. И все же этой амплитуды должно быть достаточно, чтобы указать моторной колонке, с какой интенсивностью она должна сокращать мышцу.

Сенсорный доминион получает информацию от неспецифических ядер таламуса в виде ощущений и боли. Доминион настраивает соответствующие колонки - и уже информация более детально принимается первичной корой, ощущения преобразуются в восприятие.

Моторный доминион через базальные ганглии и экстрапирамидный нервный путь имеет связь со скелетными мышцами. Но эта связь ему нужна не для реализации поведения, а для формирования более точных команд моторным колонкам, которые и реализуют поведение, произносят речь.

Высокая амплитуда и мыслительная активность у монады в третичной коре за счет её глубоких орбит и низкой частоты. Образно говоря, монада пропускает через себя мощный поток импульсов, но зато потом дольше отдыхает. Глубокие орбиты монады позволяют ей добывать дофамин и серотонин - так называемые гормоны удовольствия и счастья.

Монада есть активный модуль в третичной коре. В отличие от колонок и доминионов, монада обходится без "коллектива" в своей области, единолично работает и подавляет все соседние третичные модули, которые намереваются стать монадами. В определенный момент времени активны четыре монады. Две монады в теменных долях, предположительно, в седьмом поле Бродмана по разным полушариям мозга. Две монады в разных полушариях мозга в лобной третичной коре. При этом, если монада в одном полушарии активна на высокой частоте, в противоположном полушарии на низкой частоте. Низкочастотная монада в меньшей степени борется за свое доминирование и увеличивается вероятность, что монада перейдет с одного модуля на другой модуль.

Доминионы - это владения монады, без которых у ней нет жизни. Монада ведь тоже может образовать очаг возбуждения, что ведет к расстройству. Ассоциация доминионов корректирует активность монады.

Если вдруг какого-то доминиона не хватает в ассоциации, то монада начинает беспокоиться, у ней повышается амплитуда, не хватает затормаживающего стимула. Человек, допустим, взглянул на амулет у себя на руке - все, доминион на месте, можно быть спокойным.

Но и избыток активных доминионов тоже не всегда хорошо, доминионы могут слишком понижать амплитуду монады, что так же ведет к расстройству настроения.

Всякая монада необходимо образуется, рождается в новом модуле. И в этом же модуле монада умирает, становится пекатумом. Но пекатумы продолжают свое функционирование. Это такие чудовища Франкенштейна без мысли и жизни, которые чаще всего перехватывают инициативу у монады и сами осуществляют непроизвольное восприятие и поведение на основе прошлого опыта.

У каждого психически здорового человека есть суицидное желание в смерти собственной монады. Если человек не насладится дофамином и серотонином монады, не реализует все мыслительные и творческие способности монады, то жизнь станет для него кошмаром, станет в прямом смысле насиловать и убивать себя, свой организм.

Вообще, монада далеко не всегда есть благо. Монада дезорганизует функции доминиона, препятствует быстрому реагированию. Но опять же, у доминиона слишком ограничены мыслительные свойства для самостоятельной деятельности.

Один и тот же предмет проявляет себя по-разному, поэтому доминиону распознать его далеко не всегда удается. Монада поставляет в доминион дофамин и раскрепощает мыслительные свойства доминиона - предмет уже иначе начинает восприниматься.

После распознания предмета инициативу берет в свои руки пекатум - и человек поступает так, как он поступал ранее.

Но и действующая монада может закончить свою деятельность, реализовав исключительно новое поведение.

Рейтинг:  5 / 5 Кол-во оценок: 2
Звезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активна