священники и политики

О правде, лжи и их фундаментальном значении для социума

Часто ловлю себя на мыслях, связанных с критикой существующей власти разного калибра. Идешь по городу и буквально в центральной части, рядом с красивыми строениями, спотыкаешься о выбоины в асфальте или выщербленную тротуарную плитку, которая не пролежала еще и года. Сразу при этом вспоминаешь и про воровитых прорабов, и про то, что эту плитку навязал мэр города, а делает ее его сын на своем заводе. Плитка плохая, а цена – европейская. Опытный глаз человека, много лет проработавшего в разных отраслях городского хозяйства, на каждом шагу видит какие-то недостатки и просчеты и строителей, и городских служб, и местной власти. Человек, работающий на оборонку, в отличие от тех, кто смотрит отчеты о ней по телевизору, может долго рассказывать вам о системе прямого и косвенного воровства и разгильдяйстве в этой системе. Ну а человек, связанный с финансовой системой, может бесконечно рассказывать о злоупотреблениях чиновников в этой отрасли. И так, заметьте, во всем.

Пока человек молод – подобные вещи воспринимаются абстрактно. Вся жизнь впереди, следовательно, со временем либо все изменится к лучшему, либо проблемы ударят по кому-то, а именно ты будешь исключением. А вот позже, когда понимаешь, что если что-то измениться, то не при тебе и каждый промах власти бьет не просто в абстрактный народ, а именно в тебя, тогда человек занимает (обычно) одну из двух позиций. Либо становится мелким, склочным критиканом (правда нервы портит, в основном, себе и своим близким), либо на все закрывает глаза и сосредотачивается на своих узких житейских вопросах.

Однако, вне зависимости от своей жизненной позиции подавляющее большинство людей склонны к иллюзиям и обману, которые им готовят те, кому по традиции положено верить и которым подчинены средства массовой пропаганды. Расскажу вам об одной из таких иллюзий. Когда на территорию вашей страны обрушивается природное стихийное бедствие (типа землетрясения, пожара, падения крупного метеорита, цунами и т. п.), то трудности, возникающие в результате этого всем, более или менее, понятны. Но бывают чрезвычайные события, которые к данным явлениям не имеют ни малейшего отношения. К примеру – экономический кризис в другой стране. Поскольку нынешняя экономика имеет интернациональный характер – подобное событие в другой стране негативно отражается и на нашей. Обесценивается валюта, дорожают энергоносители и, соответственно, дорожает жизнь. Но если мыслить последовательно и непредвзято – что конкретно изменилось к худшему именно в нашей державе? Энергоносители подорожали? А у нас что – своих нет? Мы что – работать меньше стали? Конечно, если бы мы были закрытой державой, то эти изменения на нас не слишком бы влияли. Но сейчас время другое. Раз подорожали энергоносители на мировом рынке, то и мы вынуждены цены повышать. Иначе начнется неконтролируемое воровство. В авторитарной державе за такие вещи можно и расстреливать, резко ослабив негативную диспропорцию цен. А сейчас такой номер не пройдет. Но ведь есть и другие механизмы. Дорожают энергоносители – увеличиваются доходы от продажи иностранным покупателям и тем, кто без особого ущерба для себя может заплатить больше. Вырученные средства, по идее, должны идти на покрытие увеличивающихся расходов собственного потребителя. Существует целый арсенал всевозможных компенсаторных механизмов, существенно сглаживающих зависимость от чужой экономики. К примеру. Если в соседней державе производители вынуждены повышать цену на свою продукцию пропорционально удорожанию энергоресурсов, то наш производитель (которому эту разницу компенсировали) может и не столь заметно эту цену повышать при продаже за границу (а у себя – тем более). Значит и конкурентная способность данных товаров увеличится (качество приемлемое, а цена заметно ниже). Поэтому при грамотном руководстве державой внешние проблемы на нас не очень должны отражаться. А когда вам начинают говорить о трудностях, связанных с внешними неурядицами, и обосновывают причину того, что ваш уровень жизни упал в несколько раз по этой причине, то кто-то просто оправдывает свою никчемность как руководителя. Но это еще полдела. Ведь довольно значительная прослойка при этом зарабатывает на этих «неурядицах» огромные средства. По существу речь идет об использовании «внешнего фактора» для того, что бы вас обворовать. С одной стороны вы работаете как и работали, никаких внешних катаклизмов не видите, а вам вдруг ни с того, ни с сего объявляют: за океаном кризис, так что «подтяните пояса» и терпите. Это – объективные трудности.

Я живу на Украине, где подобные вещи происходят постоянно. В России руководство куда сильней, хотя кто-то может и покритиковать. Впрочем, если при каком-либо кризисе кто-то наживает многомиллионные (а то и миллиардные) капиталы, то в любом случае имеем воровство, которое для солидности называется каким-нибудь благозвучным экономическим термином. На подобную тему можно говорить много, но я приведу лишь три примера из Украинской жизни сегодняшнего дня. Это мизер, но даже он впечатляет.

Украинская валюта сильно завязана на долларе США. Там финансовый кризис. По логике доллар должен обесцениваться. Конечно, существует масса других факторов, которые надо учитывать. И все же я не могу понять того, что за доллар мы начинаем платить уже не 4,8 гривны, а 6 с лишним гривен. А в ближайшее время прогнозируют 7 и более гривен за 1 доллар. Получается, что обесцененную валюту нам теперь продают дороже. Может я и не прав, но обыкновенный здравый смысл мне подсказывает, что за наш счет хотят покрывать чьи-то долги. Приведу еще один пример. Страна бедная (в общем рейтинге занимает весьма далекое от передовых стран место), а цены на квартиры в г. Киеве дороже, чем во многих Европейских столицах. Причем, хороший каменщик в этих странах получает до 8 тыс. евро за месяц, а у нас – в самом лучшем случае – 1,5 тысячи. Куда идут огромные средства от столичного строительного бума? Во всяком случае, до народа они ни прямо, ни косвенно не доходят. И, наконец, третий (вопиющий) пример. Куда делись средства от продажи Украиной оружия Грузии? Ведь это весьма немалое количество вполне современного (и по идее – весьма недешевого) оружия. Я даже не говорю об этичности и законности такой сделки. Можно было бы понять наше руководство, если бы вырученные средства пошли на укрепление собственной армии (того, что от нее осталось). Но судя по сообщениям Украинского министра обороны – все только ухудшается и не хватает даже на самое необходимое. Так где же деньги?

Все, что я говорю, не является каким-то откровением. Любой современный коммунист и социалист подобные вещи прекрасно знает и мог бы еще очень многое рассказать. Но вот вопрос. И коммунисты, и социалисты давно работают в правительствах многих стран, но законы везде принимают не в угоду своим теориям, а именно в угоду тому капиталу, который они в своих теориях развенчивают. И лично мне кажется, что дело не столько в лицемерии самих коммунистов, сколько в объективном факторе падения доверия самого народа к данной методологии. Коммунистам было дано время на то, что бы доказать практическую силу своей концепции. Освобожденный труд, по идее, должен был быть более эффективным, чем тот, что основан на экономическом рабстве. Но практически такого превосходства не получилось.

Большинство религий давно решили, что построить справедливое общество на земле абсолютно невозможно. Надо терпеть и верить в то, что после земной жизни Бог вознаградит за терпение избранных. Активная борьбы бесполезна, ибо только усиливает зло. Но та же мировая практика вполне ясно показывает, что можно сделать жизнь в человеческом обществе куда комфортнее, куда справедливей, чем было в течение тысяч лет до этого. И рецепт для этого вовсе не является тайною за семью печатями. Вот основные принципы такого рецепта.

Когда человек строит какое-либо здание или создает другие технические конструкции, то залогом успешного строительства является тщательное, всестороннее продумывание конструкции еще до того, как ее начинают строить. Далее, оценивая результат строительства на практике человек вносит коррективы, создает новые методологии расчета, экспериментирует с материалами и при планировании нового строительства все это использует. Точно так же и при построении нового государственного механизма. Это крайне сложный механизм, но это именно механизм, где должны быть четкие алгоритмы работы его отдельных структур. Они постоянно корректируются, уточняются, конкретизируются и дополняются новыми деталями. Каждый закон, который принимается парламентом, должен быть четко прописан. Практика показала, что законы, сформулированные красиво, но не конкретно, допускающие множество толкований по отдельным пунктам, как правило, не работают.

Так что не надо «изобретать велосипед». Я глубоко убежден, что в целом общество движется правильным курсом. Другое дело, что его надо как можно более четко себе представлять. Не научившись «по умному» жить на Земле не стоит надеяться, что вас пустят в какой-то более совершенный мир в «иных сферах бытия». Несовершенный человек и там будет «мутить воду» и вносить деструкцию.

На мой взгляд, существует лишь одна наименее осознанная проблема, от решения которой напрямую зависит дальнейшее совершенствование общественной жизни. Может это покажется и странным, но такой проблемой есть неосведомленность большинства людей о реальной ситуации и о реальных людях. И это – несмотря на информационный бум последних лет, когда сообщения за считанные минуты переносятся по электронным носителям во все уголки Земли. С одной стороны информации – море, но за нее практически никто не отвечает и ценность ее (в подавляющем большинстве случаев) крайне низка. Не буду далеко ходить за примерами. Когда Грузины стали бомбить Осетию и Абхазию, то данная информация уже после нескольких часов могла быть известна всей планете. Но прошел месяц, а многие страны знали из этого лишь «агрессию» России против Грузии. Подобные вещи, относящиеся к менее значимым событиям, являются, пожалуй, доминирующими.

Многие по поводу сказанного могут возразить. Виновата, дескать, не информационная система сама по себе, а природа человека, которую надо менять. Но ведь так же можно было бы рассуждать относительно улучшения работы государственной машины во всех остальных случаях. А наиболее действенной оказалась методология тщательной проработки самого механизма функционирования этой государственной машины. В принципе так же можно было бы решать и проблему с информационной неосведомленностью. Как и в любом конкретном деле – нужна четкая и понятная технология.

Если сказать кратко и определить основную задачу, то надо считать любую ложь, высказанную в средствах массовых информации, преступлением. Чем большее количество людей охвачено данной ложью и чем больший ущерб ею нанесен – тем тяжелее преступление. Механизмов контроля за правдивостью информации можно придумать большое количество. Было бы желание и воля. Впрочем, о желании и воле мы еще поговорим более подробно. Пока присмотримся внимательней к самой проблеме информационной осведомленности людей.

Когда идет речь о конфиденциальности информации, относящейся к личной жизни того или иного человека, то разглашение этой информации – посягательство на права этого человека. Но когда от деятельности этого человека зависят тысячи и миллионы людей, то данную конфиденциальность абсолютно необходимо ограничить. Как я могу вверять человеку свою судьбу, когда имею о нем неверную информацию? Он был, к примеру, преступником, а теперь его рядят в герои и предлагают мне проголосовать за него, что бы он издавал судьбоносные законы. А я даже не подозреваю о его «темном» прошлом и читаю об этом человеке одни только лестные отзывы. Ведь это же абсурд!!!

О ключевом значении информации в жизни современного демократического общества нужно поговорить более основательно. Когда отдельным сообществом правит весьма ограниченная каста, то разобраться с лжецами внутри этой касты не так уж и трудно. И если решат такие руководители сурово карать членов своей касты за ложь, то это им вполне по силам. Рано или поздно, но правда вылезет наружу и лжец поплатится за нее головой. Поскольку члены правящей касты весьма небедные люди, то стимулов жить по правилам у них более, чем достаточно. А вот когда к косвенному влиянию на судьбу законов своей державы привлечены миллионы людей, то найти лжеца, как правило, не удается. Разве что для показного битья какого-нибудь неугодного лица. И вот в этих условиях ложь оказывается тем средством, что делает политику. Это тем более справедливо для такой весьма сложной и регламентированной огромной суммой директивных документов, современной демократической державы. Огромное количество законов позволяет умело ими манипулировать.

Я уже приводил три примера из жизни современной Украины. Таких примеров можно было бы привести если не сотни, то десятки – наверняка. Казалось бы – ну что стоит привлечь людей, наживших миллионные (а то и миллиардные) капиталы в условиях общей нищеты? Взять любой особняк, в который вложен не один миллион «зеленых», и тщательно расследовать законность тех средств, которые где-то раздобыл хозяин на данное строительство. Не нужно быть Шерлоком Холмсом, что бы в подавляющем большинстве случаев усомниться в справедливости добытых средств. А у первых (да и вторых) лиц разросшихся строительных компаний, имеющих в карманах сомнительные дипломы и сомнительные заслуги в самой работе этих компаний. На каком основании они «зарабатывают» в месяц по 20 тыс. «зеленых»? Причем – это только легальная часть.

И все-таки. Если вы считаете, что так просто на законном основании привлечь к ответственности наших миллионеров, то глубоко в этом заблуждаетесь. В огромном количестве принимаемых каждый год нашим парламентом законов существуют так называемые «лазейки», которые позволяют вполне легально обогащаться. Разумеется, подобная возможность предоставляется не всем. Это – целая сеть хорошо спланированных и продуманных схем. И принимают такие законы и нормативные документы наши народные избранники, которые хорошо защищены депутатским иммунитетом. Мало того, что они неподсудны. Вы и при прямом диалоге не сможете легко уличить таких лиц в пособничестве новоявленным богачам. Ведь выбираются такие депутаты из весьма неглупых и юридически подкованных людей. Они будут доказывать, что их намерения при составлении того или иного закона были чисты. А то, что законом пользовались не так, как это было изначально задумано, то в этом не их вина.

Многие скажут: «так ведь получается какой-то заколдованный круг, как вы думайте из него выбираться? Разумеется, оставаясь в правовом поле». Я отвечу так. Можно придумывать всякие сложные алгоритмы для перекрестной проверки друг друга на «лояльность» к закону. Но существует и более простая метода. Дело в том, что когда внимательно ознакомишься с жизнью того или иного человека – с реальной, а не вымышленной жизнью, со всеми подробностями – то легко бросается в глаза основной «стержень» этой личности. Ведь если брать лишь ту информацию, что захотел дать сам человек о себе и те лица, которые заинтересованы в его продвижении, то во многих случаях остается совершенно неясным его отдельные буквально фантастические скачки в карьере. Да и вообще – не увидишь никаких противоречий. А вот при детальном знакомстве легко можно обнаружить связи и мотивы, способствующие продвижению по службе и объясняющие любые переломные моменты в жизни данного человека. Когда какой-то студент (типа нашего спикера Верховной Рады) уже после первого курса института становится главой крупной юридической фирмы, обслуживающей миллионеров, то мне это кажется весьма подозрительным(особенно – в условиях полного правового беспредела). Все эти моменты «покрыты мраком» и никто никогда их вам не прояснит. А вот если бы каждый желающий мог о ключевых фигурах и их потенциальных приемниках знать всю подноготную и только правду, то можно было бы очень многое прояснить о данной личности, даже не вникая в суть того, что он говорит и обещает.

Пусть каждый желающий делать политику говорит все, что он считает нужным (в рамках законности и полной ответственности за правдивость своих слов). Остальное каждый может проверить сам, имея ключи доступа до истинной информации. В наше время технические средства в принципе дают такую возможность. Если ты знаешь всю информацию сполна и без чьих-то измышлений, то даже не будучи специалистом, можешь легко увидеть – что человек из себя представляет и как поведет себя при решении ключевых вопросов. Тогда и осознанный выбор осуществить куда проще. Ведь не зря в Евангельских притчах говорилось – «Придут некоторые в овечьих шкурах, внутри же суть волки хищные. По делам узнаете их». Ибо истинные намерения проявляются именно в делах, а не в словах. Поскольку в державные управленцы лезут не дети, а уже вполне зрелые люди, имеющие какой-то жизненный опыт и что-то уже успевшие сделать, то они вполне успели проявить себя в реальных поступках. То, что они будут говорить и обещать – дело третье. Надо обстоятельно изучить жизнь такого претендента в подробностях и без всяких утаек и недомолвок. Именно это, без всяких слов и саморекламы, выявит истинные намерения данного человека.

Естественно, любая радикальная мера относительно открытости доступа до информации о жизни той или иной личности должна сопровождаться адекватным механизмом компенсации от злоупотреблений. Всякая попытка создания, распространения и использования ложной информации во вред данной личности должна считаться преступлением и караться со всей решительностью.

А теперь я скажу то, что покажется несколько противоречащим вышеприведенной логике. О том, что любая проблема не может быть решена без создания четкого и обстоятельного алгоритма, спорить не имеет смысла. Как я уже говорил вначале – весь практический опыт современной цивилизации говорит об этом. Однако, залив в часовой механизм масло с песком, мы скоро убедимся, что начав работать, часы очень скоро выйдут из строя. Таким «песком» являются крупицы лжи, рассеянные внутри каждого индивидуума сообщества, которое мы отождествили с часовым механизмом. Правдивость, честность можно отождествить с чистым, качественным маслом. Да, на нем можно поскользнуться, но если механизм и алгоритмы функционирования вполне продуманы и совершенны, то никакое скольжение помехой не будет. Можно рассмотреть и другую аналогию. Совершенный механизм предусматривает очень многие погрешности, ошибки и неточности, которые проявляются и во время создания такого механизма, и во время его эксплуатации. В нем предусмотрены всякие допуски, компенсации, оперативные настройки и подстройки и т. д. Но все это работает лишь в определенном диапазоне. Когда те, кто создает механизм и его эксплуатирует не придерживаются вообще никаких правил, то как бы ни был совершенен механизм – он долго не проработает. Так и в обществе. Можно придумать очень много совершенных законов и правил общежития. Но если большинство людей не желают жить по законам – порядка никогда не будет. А по законам – чаще всего и значит – честно, правдиво.

Самым большим парадоксом современности является патологическая лживость и паническая боязнь правды. Врут не только друг другу, но и самим себе. Самообман – самая распространенная форма лжи. Дабы успокоить самих себя говорят о лжи ради блага, во имя какого-то милосердия. Но временное благо ложь приносит лишь тем, кто привык сам себя обманывать. Вот примеры. Мать обманывает ребенка относительно его отца (о каком-то неблаговидном, предательском поступке), защищая психику ребенка от лишних потрясений. Но ребенок, чаще всего, все равно узнает правду. И это будет для него двойным потрясением – обманули и отец, и мать. Получается, что верить никому нельзя. Больному осталось жить считанные недели (или месяцы). Ему лгут и уверяют, что все не так плохо. Тот успокаивается и беда застает его в самый неподходящий момент. Он вдруг понимает, что его обманули. Если бы он знал правду, то успел бы сделать многие важные вещи. А так – злоба и обида на врачей и родственников. Лишь вульгарный материалист думает, что сделал благо больному, ибо смерть – полный распад, а тут добавил несколько недель иллюзий жизни. А человек традиционной веры (вне зависимости от вида религии) прекрасно должен знать о том, что физическая смерть – это еще не прекращение жизни (в более полном смысле). И обида потом еще и как скажется на обидчике.

А сколько лжи посеяно в личной жизни подавляющего большинства людей! Открыто говорят о добре, порядочности, справедливости, скромности и целомудренности, но стоит остаться наедине с соблазном греха – все это немедленно забывается и человек начинает неистово делать именно то, что осуждает прилюдно. А традиционная вера к этому относиться с пониманием. Дескать – слаб человек и немощен, грешен и беззащитен. Лишь упование на прощение грехов и на то, что показная любовь к милосердному Богу позволит отстрочить плату и в коротком раскаянии и порыве верности на склоне лет скомпенсировать личное несовершенство по жизни, дает успокоение. Ох, и разумна же была задумка той Силы, что внедряла религию Христианства на закате Римской цивилизации!

А представьте себе, что в обществе были бы люди, готовые за правду умереть в любой момент и несли бы ее в массы. Только число их должно было бы быть не один на несколько миллионов, а хотя бы – на тысячу. Писатель Леонид Смирнов в повести «Демон Кеплера» смоделировал такую ситуацию в фантастическом параллельном Земному мире, куда научились проникать люди в конце двадцать первого века (или позже). Процитирую некоторые фрагменты из этой повести.

«…Испокон веков в государстве Западный Ассонир каждый год ровно в одиннадцать часов одиннадцатого числа одиннадцатого месяца в строго определенных местах (как правило, на центральных площадях древних городов) собирались сотни людей. Тем самым они Назывались, устанавливая на год свой социальный статус. Во все времена Называвшиеся пользовались огромным влиянием в народе, и традиция Называния не позволяла в Западном Ассонире надолго воцариться тирании в любой ее форме, пусть самой закамуфлированной.

Но у медали есть и оборотная сторона. Назвавшиеся всегда на виду, они под постоянным прицелом, вся их жизнь совершенно раскрыта, они в принципе не могут говорить неправду, строить заговоры. Они больны «болезнью пророков» - лишены права на ошибку. Да и сами Дни Называния… Сколько раз власть имущие устраивали кровавую резню, поголовно истребляя Назвавшихся. Правда, это всегда считалось тягчайшим преступлением и рано или поздно каралось лютой смертью. Многие переворотчики, захватив трон, с помпой казнили своих политических противников именно под видом возмездия, а потом продолжали резать Назвавшихся сами. В отдельные годы в живых оставались буквально единицы Назвавшихся, и народ прятал их, берег, как живые святыни.

Никто и ничто, кроме собственной совести, чести и, может быть, гордости, не заставляло этих людей выходить на площади. Они будто специально подставляли себя под огонь. Ведь каждый год в День Называния обязательно происходит кровопролитие. Бюргеры ждут этого дня как большого праздника, специально подначивают тех, кто хоть раз Назывался, раздувают ажиотаж среди Назвавшихся и одновременно подстрекают и провоцируют их противников. Им нужны потенциальные жертвы и потенциальные убийцы. Бюргеры жаждут крови… Правда, при нынешнем правительстве Назвавшихся тщательно охраняют. Они в фаворе. И тем не менее без жертв не обходится…»

Из показаний свидетеля: «Я, Ивко Мурый, механик пластформера, тридцати шести лет, Назвавшийся третий раз, свидетельствую. Пришел я на площадь еще засветло – одним из первых. Народу было до того мало, что я на миг испугался: неужто струсили? Отступники – не редкость. Страх смерти хоть простить и нельзя, но понять нетрудно… И тут же я успокоился: еще не время. Чего это людям часами торчать здесь в такой промозглый ветер? Толпа постепенно прибывала, и, когда условленное время приблизилось, я понял: на сей раз людей пришло даже больше, чем в прошлый…»

А вот еще одно свидетельство: «Я, Стракан Шро, капитан, сорока двух лет, Назвавшийся двадцать раз, свидетельствую. Охрана площади Называния всегда входила в мои обязанности. Никакого дополнительного приказа я на сей раз не получал. Твердо зная, что нападение обязательно будет совершено, я принял необходимые меры предосторожности. Уже за сутки до Называния я распорядился выставить посты на дальних подступах к площади. Затем был проведен тщательнейший обыск окрестных домов…

… Потом прибыл претор, и меня временно (на период следствия) отстранили от дел. Очевидно, я не использовал все возможности для обеспечения охраны Называвшихся. Готов понести любое наказание».

Наша, Земная, практика показывает, что подобную одержимость правдой могут иметь лишь люди верующие, у которых сама религия предполагает такое поведение как необходимую предпосылку для посмертного вознаграждения. Не исключено, что когда нормы правдивой жизни продержатся много поколений и войдут в привычку – наличие таких людей станет излишним. Но на определенном этапе без них не обойтись. Просто составление правильных законов ситуации не изменило бы. Да и законов правильных-то составить (по большому счету) некому в стране лжецов.

Говорят, что нет ничего в этом мире, что в той или иной форме не встречалось бы раньше. Именно поэтому важно знать историю (по возможности – истинную). И тут вполне естественно вспомнить историю Римской империи. Ведь большинство основополагающих законов современной цивилизованной жизни берут начало именно оттуда. Хочу привести небольшой фрагмент из обзорной статьи о древнем Риме, касающейся такого уникального исторического явления, каким являлся так называемый «трибунат».

«Трибунат сыграл такую выдающуюся роль в Римской истории и стяжал себе такую всемирную известность, его название и понятие проникли в представления цивилизованных народов даже глубже, чем консульство. В Римской истории трибунат является самым оригинальным политическим учреждением; его историческое развитие знаменует собой рост и торжество плебса, а затем развитие и падение Римской демократии. Первоначальное положение трибунов было скромно и роль их незначительна. Их обязанность заключалась заступничестве(auxilium ferre)за отдельных плебеев против суровости или несправедливости патрицианских магистратов, наборе или на суде. Средство, предоставленное им для этого, состояли в праве приостановки консульского распоряжения (veto), а для осуществления или защиты этого права им была дана не власть (imperium) или материальная сила, а лишь оборонительное оружие - "неприкосновенность", по аналогии с другими священными,т.е. посвященными божеству лицами и предметами (sacrosanctitas). Опираясь на этот крепчайший у римлян щит, трибуны скоро перешли наступление, присваивая себе все более обширную роль. Заступников за отдельных плебеев они стали вожаками и блюстителями интересов всего сословия, обвиняли и карали его врагов и проводили полезные для него законы; став во главе плебейских собраний, они поднимались вместе ними, когда плебейство отождествилось Римским народом, трибуны стали магистратами народа…»

Когда историки анализируют подобные события, то сознательно или бессознательно всегда представляют себе мышление людей того времени подобным тому, что имеется теперь (дескать – физиология и психология людей мало меняются). Кроме того, даже не говоря об этом прямо, исследователь всегда полагает, что любое явление развивается исторически от несовершенных форм к более совершенным. Поэтому любое явление в древности надо рассматривать как примитивные зачатки тех форм, которые появляются в обществе позже. Это же относится и к трибунату. Такое исследование ни в коей мере нельзя назвать беспредпосылочным. Но тогда и на научную объективность претендовать не следует. Это – всего лишь мнение об историческом явлении того или иного исследователя.

В данном случае я всего лишь хочу обратить внимание на некоторые моменты. Как будет относиться современный народ к тому, что кого-то назвали «неприкосновенным»? Конечно, если он знает, что за покушение на такое лицо он будет очень строго наказан или такое лицо постоянно хорошо охраняется, то «неприкосновенного» никто трогать и не будет. Но если весь упор будет делаться на твою сознательность и более ничем не будет подкрепляться, то «плюнуть в лицо» (или душу) «неприкосновенному» может быть даже модно. А тут речь идет о «крепчайшем щите» для Римлян. А ведь подобные вещи всегда были связаны с определенным религиозным сознанием людей. И вовсе не обязательно такое религиозное сознание должно было быть примитивным (как этого хотелось бы некоторым ревнителям сегодня). Ведь если лицо принимает на себя роль «sacrosanctitas», то это накладывает на него огромную ответственность не только перед людьми, но и перед Богом, который все видит и все знает. По существу народные трибуны и есть вот эти самые «Названные». То, что исторические сведения, дошедшие до нас в виде скупых пересказов и легенд, могут создать иллюзию продажности народных трибунов в определенные исторические эпохи, вовсе не доказывает того, что подобные явления были обычным явлением. Вполне возможно, что одна «паршивая овца» могла попасться лишь на тысячу действительно достойных избранников. Надо только указать на то, что понятие «достойный избранник» надо понимать не в современном христианском или демократическом смысле, а в смысле той системы ценностей, что была характерна именно для той эпохи. Важно то, что если человек обязался выполнять то-то и то-то, исходя из интересов того сословия, которому он обязался служить, то он скорее умрет, чем нарушит свое обещание и покривит душой. Моя интуиция подсказывает, что именно так дело и было.

Не могу удержаться, что бы не привести еще один отрывок из истории древнего Рима.

«На место Тиберия, последние минуты которого нам в точности неизвестны, был провозглашен сын его племянника, популярного и всеми оплаканного Германика - Кай, с прозвищем Калигула (37 - 41), юноша симпатичный, но скоро обезумевший от власти и дошедший до мании величия и исступленной жестокости. Меч преторианского трибуна пресек жизнь безумца, намеревавшегося поставить свою статую в Иерусалимском храме, для поклонения вместе с Иеговой…»

А вот теперь давайте внимательней присмотримся к тем религиозным представлениям, что господствовали в Риме до периода «победоносного» шествия Христианства и, собственно, до заката этой самой империи. Современные проповедники Христианства всегда доказывали, что прежние формы религии – всего лишь разные виды язычества. Язычество, при всем его разнообразии, всегда ущербно и менее совершенно, чем Христианство. А так ли это на самом деле?

Общность и взаимопроникновение религиозных доктрин у разных народов, без всяких сомнений, имела место. Предлагаю фрагмент статьи «Культы» («Истоки тайноведения», «Таврия», г. Симферополь, 1994г).

«Основная мысль об отношении Божества к созданному им миру была одинакова в Египет­ской культуре Озириса, в эллинском культе Диониса, в сирийских таинствах Адониса-Таммуза, во всех разнообразных культах умерщвленного, растерзанного, истекающего кровью бога, т.е. загадочной символикой божества, переносящего страдания и лишение жизни, и пролитою кровью которого созидается или возрождается мир. Этот образ лежал в основе и древнехалдей­ского религиозного миросозерцания и большинства восточных религий, между прочим и фри­гийского культа Великой Матери, обрядность которого состояла в поминовении насильствен­ной смерти любовника богини: юного и прекрасного Атиса. Культ Великой Матери был рас­пространен по всему Средиземноморью; в Риме коллегия жрецов и дендрофоров (т.е. носителей дерева, т.к. одним из обрядов этого культа было торжественное несение в процессиях символи­ческого дерева) была государственным учреждением. Весенние процессии юношей и дев, опла­кивающих Атиса, истекающего кровью, и воспевающих его вечное возрождение, развертыва­лись по улицам Рима с такой же пышностью, как и на родине этого культа в Малой Азии. Влияние этого общераспространенного культа с его торжественной обрядностью было на­столько велико, что в последствии даже в христианстве хотели видеть подражание культу Атиса: последователи последнего утверждали, что именно у них христианство заимствовало ве­сеннее поминовение Страстей Господних.

Не меньшей известностью и распространением по всему древнему миру пользовался культ Адониса, сиро-финикийского происхождения; и здесь оплакивалось убиение прекрасного юноши-бога, олицетворяющего духовное начало в природе. Этот культ местами совершенно сливался с культом Атиса и уже в древности отождествлялся с ним.

Между двумя другими религиями «растерзанного бога», - египетским культом Осириса и эллинским Диониса, было то же сходство, известное с глубокой древности и отмеченное уже Геродотом. Все эти культы, выйдя из рамок узкой национальной религии и разлившись по эл­линизированному миру, окончательно слились и растворились друг в друге. Так, Осирис, в позднейшей египетской религии, т.е. в Александрийский период истории Египта, почитался под эллинизированным именем Сераписа и культ его в этой новой форме был выработан, согласно желаниям царя Птолемея Сотера, гелиопольским жрецом Манефоном при сотрудничестве эв­молпида Тимофея, носителя Элевзинского посвящения. В этом виде успех этого культа в эл­линском мире был стихийным. Римский сенат пытался оградить государственную религию от вторжения этого иноземного божества, но безуспешно и уже к началу нашей эры в Риме нахо­дились святилища Сераписа и Изиды. Подобно тому, как Цибела, или фригийская Великая Ма­терь (Magna Mater Idaea) имела свой храм в Палантине уже за 200 лет до Р.Х. и официально во­шла в Римскую религию со всей своею пышною мистическою обрядностью, так и Серапис с Изидою лет 200 спустя вступили на степень официальных и особо чтимых божеств римской го­сударственной религии, и шумные, великолепные процессии в честь Изиды развернулись по улицам Рима, наравне с процессиями в честь Великой Матери и убиенного божественного юноши – Атиса. Культ обеих великих богинь находился впрочем в теснейшей связи. Изида, ставшая главной богиней языческого синкретизма, воплотившая в своем образе мистические представления о живительной силе природы, о таинственной Царице бытия, вечно разнообраз­ной в своих проявлениях и вечно непознаваемой, - отождествлялась и с Великой Матерью Ци­белой, и с таинственной сирийской богиней, почитаемой на Востоке под именем Атаргатис или Астарты, и с эллино-римской Афродитой – Венерой, и с Герой – Юноной, и с Деметрой – Цере­рой. То была вечно трепещущая в человеческом сознании идея о женственном начале бытия, проявляющемся в мире и в плодоносной матери-природе с ее грубыми физическими законами, и в вечной мечте о девственно-чистом идеале. Соответственно этому бесконечному разнообра­зию проявлений разнородны и формулы поклонения божественному принципу, и это поклоне­ние выражалось в оргиазме некоторых культов и в аскетизме других, в обряде священной про­ституции, практиковавшейся в храмах Астарты и Афродиты, равно как и в экстазе самооскоп­ления, требуемого от жрецов Великой Матери и в суровых аскетических подвигах, налагаемых культом Изиды.

Подобная же эволюция развернулась в культе Сераписа, быстро отождествленного с Дионисом-Вакхом, и с Плутоном, и с Гелиосом – Аполлоном, и с Зевсом-Юпитером класси­ческой мифологии, и с сирийским Ваалом и другими божествами ассиро-халдейского Востока, через него проникшими в эллино-римский мир. Серапис, как мужской эквивалент Изиды, занял центральное положение бога-вседержителя, бога Единого и бесконечно разнообразного, скры­того за всеми формулами позднейшего пантеизма.

История слияния восточных культов с эллино-римским религиозным миросозерцанием таит в себе с одной стороны прорыв мистического синкретизма античного мира, напряженные по­иски нового слова, а с другой стороны проникновение семитического влияния на Запад, дос­тигшего своего рассвета в христианстве и не изжитого до сих пор.».

А теперь перейдем к той религии, которая сформировалась уже на последней стадии развития Римской цивилизации и была предшественницей Христианства. Почитаем об этом в том же источнике.

Митраизм

Предшественником и самым сильным конкурентом христианства был культ Митры (или Мифры), культ Непобедимого Бога, образом которого в видимом мире было солнце. За внеш­ним символом солнца в этом культе скрывалось, уже нами отмеченное, понятие о Едином Не­познаваемом Божестве, а обряды этой религии вмещали все главнейшие образы и символы, обычные в религиозном миросозерцании эллинизма. Тут была и символика огня в смысле ду­ховной сущности, и родственная ей идея воды или влажного начала, и образ мистической Чаши, и глубокий образ проливаемой крови как символа одухотворения и возрождения. То был грандиозный опыт религиозного синтеза, обвившийся вокруг старого персидско-вавилонского культа божественного юноши, олицетворяющего Творческое Начало в мире, и вечно совер­шающего таинственное заклание мистического быка.

Культ Митры был когда-то национальной религией великой персидской монархии; древ­нейшие религиозные предания Ирана сочетались с метафизическими созерцаниями магов в этом бодром, одухотворенном культе Светлого Божества, бога света и правды, имя которого призывалось при вступлении в бой за правое дело, а также во свидетельство произносимого обещания, ибо Митра считался хранителем данного слова. Последний атрибут характерен для миросозерцания древних персов, особенно высоко ценивших правдивость: как известно, грече­ские историки указывали на то, что у этих благородных отпрысков арийской расы юношей прежде всего учили ездить верхом и говорить правду. Император Коммод (180 – 192), сын Марка Аврелия, открыто принял посвящение в таинства Митры; к тому же времени митраизм уже настолько проник во всеобщее религиозное миросозерцание, что мог считаться настоящей эзотерической религией эллино-римского мира. Таинства этой религии по прежнему охраня­лись от профанов, но число «посвященных» все возрастало; внешние обряды культа Непобеди­мого Бога привлекали симпатии народных масс, еще не поддавшихся обаянию христианского учения...

Сходство Митраизма с христианством

Заметное сходство в отношении к Божеству, пора­жает деталями обрядов и иконографии. Изображение Самсона в позднейшей христи­анской иконографии, раздирающего льва, сложилось не без слияния митраического образа юного бога, победителя символического быка. Подобным же обычное в древнем христианстве изображение Моисея, извлекающего ударом жезла воду из скалы, находится в тесной связи с обычным в древности изображением Митры, таким же образом извлекающего из скалы источ­ник воды; в митраизме здесь скрывался символ «воды живой», даваемой Митрой всем жажду­щим божественного просветления. Влияние Митраизма заметно в особом значении Солнца, как образа Божества в христианской символике, - значении, сказавшемся и в мистическом поклоне­нии восходу солнца на утреннем богослужении, и в посвящении солнцу седьмого дня недели, и даже в приурочивании величайшего христианского праздника ко времени декабрьского солнце­ворота, т.е. ко времени года, всюду ознаменованными празднествами в честь солнца. Торжест­венное празднование Непобедимого Бога – Солнца в митраизме происходило 25 декабря, и мы вправе предположить, что это обстоятельство не осталось без влияния на фиксировании даты великого христианского праздника, подобно тому, как весенние празднования убиенного юноши – бога Атиса-Адониса, наложили некоторый след на христианский календарь. Окреп­шее христианство 2го и 3го века к изумлению своему столкнулось с религией, вносившей в мир почти тождественные с ним формулы религиозного миросозерцания, те же идеи о искуплении мировой скверны кровью, и мистическую символику первобытной жертвы, неудержимо напо­минающую образ «агнца, заклаемого от начала мира». Те же требования аскетизма, умерщвле­ния плоти, те же мистические обряды крещения, таинственных начертаний, преломления хлеба. Церковные писатели, незнакомые с ритуалами древних таинств, не могли уразуметь причины такой общности мистических идей и обрядов; не имея возможности утверждать, что митраизм все заимствовал у христианства, так как старшинство первого было слишком очевидно, - они решили, что дьявол, предвидя торжество ненавистного ему христианства, заранее составил па­родию на его противовес в виде религии Митры.

Падение митраизма

Митраизм пытался дать религиозный синтез всего эллино-рим­ского мира, но был побежден христианством. Широкие массы стали на сторону последнего. Митраизм по существу был религией для немногих, для посвященных, толпе не было места на высших степенях посвящения. Но между двумя великими религиями, оспаривавшими друг у друга мировое владычество во 2м и 3м веках н.э., было и глубокое этическое различие, подме­ченное народными массами. Митраизм был суровой религией, культом победоносного бога, требовавшего от своих последователей духовной мощи, мужества в жизненной борьбе. В этой религии не было призыва к «труждающимся и обремененным», не могло быть ублажения крот­ких и нищих духом. Митраизм был преимущественно воинским культом, распространяемым римскими легионами, перешедшим из военных лагерей в императорские дворцы. Воинские идеалы были переложены и в религиозные созерцания митраизма, этого культа духовного му­жества, в котором служение добру понималось как беспощадная борьба против зла, лжи, тьмы, всех темных сил, противящихся торжеству Светлого бога истины. Само собой разумеется, что эти идеалы были доступны не всем последователям митрамзма, - что для грубого легионера они оставались недоступными. Но все же и на низших степенях митраического посвящения культ бога правды, - божественного свидетеля данного слова, мстителя за попранную истину, помощ­ника в борьбе духа с искушениями плоти, - не мог не способствовать духовному подъему, при­зывая к активной борьбе за правду и нравственную чистоту. В этом смысле митраизм прибли­жался к идеалу рыцарского ордена. Позднее духовная сущность митраизма нашла свое выраже­ние в легенде о Парсифале (Парсифаль означает «персидский цветок», а Грааль – «жемчуг»).

Победе христианства над митраизмом содействовала общедоступность таинств первого, идеалы пассивного смирения, понятные самым широким народным массам, и обещание «спасения» без особых усилий

Добавлю от себя, что уклонение ордена тамплиеров (храмовиков, призванных защищать храм господний на святой земле от мусульман) от ортодоксальной идеологии христианства шло как раз по линии митраизма. Во всяком случае, те короткие сведения, которые дошли до нас об их обрядах и особенностях посвящения слишком напоминают принципы митраизма.

Умереть за правду, наказать нарушившего клятву, не взирая на ранги и разницу в звании и сословии, для истинного посвященного в таинства Митраизма было делом обычным. Поэтому факт убийства самого Римского императора за неблаговидный поступок народным трибуном – вполне понятное дело. Наверняка тот воин был посвященным в таинства Митраизма. И отнюдь не уверен, что его за это наказали. Понятие чести в то время что-то значило.

Распространение Христианской идеологии как раз и совпало с падением Римской Империи. Беззакония, цинизма, обмана и крови не стало меньше. Скорее наоборот. Но зато варварам, которые со всех сторон атаковали Римскую Империю, простая, понятная и красивая в обрядах религия пришлась вполне по душе. Я ведь не зря говорил о том, что Семитское божество проявило большую мудрость. Понимая, что «избранный народ» не устоит под натиском более цивилизованных народов, в среде которых он оказался, Семитский бог внедрил хороший вариант – суррогат своей религии для «избранного семени» - своего рода «экспортный вариант». Это был «Троянский конь», разложивший зарождающуюся цивилизацию изнутри. В такой лживой среде «избранный народ» легко вживался и образовывал свои «островки семитской цивилизации». Время от времени их разгоняли, убивали. Но в разобщенной и лживой среде такие действия не могут быть стабильными и длиться слишком долго. А к тому же и защитников всегда хватает. Ведь основной Мессия новой религии – Еврей!

То, что нам внушали с детства о Римской цивилизации – рабовладельческом строе с ужасами жестокости и бесчеловечности, со вседозволенностью и неумеренностью в сексуальном плане и т. п. – зачастую оказалось ложью одних и неведением других. Разумеется, если сравнить многие законы Римлян с теми, что возникли в передовых странах лет через тысячу, то прогресс увидеть можно. Но если бы процессы развития законности и демократии в Римской цивилизации шли последовательно и планомерно, без падения самой государственности, то подобный прогресс шел бы куда как быстрее. Заглянем вновь в энциклопедию:

«Уже в 312 г. до Р. Хр. вопрос о размещении вольноотпущенников трибам или только по 4 городским волнует Рим. В то самое время, когда Римские легионы доставляют Риму господство над миром,сердце Рима покоренные рабы приобретают все более и более влияния его судьбу. Ничто так не содействовало извращению римского демоса, как легкость освобождения и получения рабами права Римского гражданства.Разрушитель Карфагена, Сципион Эмилиан, счел себя в праве презрительно попрекнуть толпу на форуме тем, что он еще недавно привез ее в Рим в цепях.»

Лично я, читая эти строки, подумал о том, что обращение феодалов в более развитом (по теории Марксизма) обществе со своими подчиненными в большинстве случаев было куда жестче и бесправнее. Что касается семейных отношений и сексуальной жизни, то тут мне вспомнился закон Сената о весьма жестком преследовании почитателей культа Вакха, где практиковались ночные оргии. Карались вплоть до смертной казни. А вообще – и экономические, и правовые отношения в Римской империи были куда сложнее того, что многие себе это рисовали согласно своим теоретическим представлениям. Разумеется, в условиях роста и укрупнения империи управлять на основе права и закона очень и очень непросто. Это весьма непросто даже сейчас, а уж тогда – и подавно. Формирующаяся в это время государственная религия – Митраизм – весьма подходила именно для правового государства. Само-то право и демократия могли совершенствоваться еще очень долго, но без той честности и принципиальности, которые культивировались старой религией, настоящего прогресса достичь было невозможно. Распространение простой для понимания, с красивой обрядовостью Христианской религии (для основной массы народа) было большим соблазном для власть предержащих. В прежней религии каждый вождь (любого ранга) должен был быть образцом того идеала, что требовал культ непобедимого Бога – честным, бесстрашным, справедливым. А новый культ говорит – все мы, вне зависимости от ранга и достоинства, грешны и никуда от этого не денешься. Надо молиться, уповать на милость Божью и, главное, прощать несправедливость и оскорбления. А уж после жизни каждому воздастся по заслугам. Причем в заслуги вовсе не входили ни уровень образования, ни рвение в труде и творчестве, ни талант организаторской работы. Главное – преданность в вере и умение других обратить в веру. А заботы светской жизни – суета сует. Поэтому вовсе не удивительно, что по мере укрепления Христианства в Римской империи последовательно, но неотвратимо разрушались библиотеки (именно Христианскими фанатиками), разгонялись философские школы и образовательные центры. То есть – шло планомерное разрушение той цивилизованности, которая понимается современным человеком. Издавались только догматические книги новой веры, но даже их могли читать лишь те, кому положено их читать для несения проповедей безграмотной толпе. Любые недогматические измышления и вольнодумие (в той или иной форме) каралось. Как ни крутите, ревнители Христианства, а от этих фактов никуда не денешься.

И все же я не хотел бы столь однозначно утверждать, что Христианство несло одно зло. Это было бы не объективно и несправедливо. При росте и концентрации народонаселения куда проще интегрировать народ простой, доступной и консервативной религиозной доктриной. Это же мы видим и на примере весьма победоносного продвижения мусульманской религии при ее появлении в Персидской империи. Здесь кроется большой соблазн для руководителей державы. Вспомним ту же Византию. Раздираемая и внешними врагами, и внутренними противоречиями она продержалась более 1000 лет! В истории Византии не было ни одного года без войны. Арабы, славяне, турки-сельджуки, сицилийские норманны, крестоносцы и наконец, турки-османы - вот перечень только основных её внешних врагов. Сюда ещё можно добавить печенегов, половцев, венгров, венецианцев и т. д. На счет внутренних противоречий можно напомнить тот известный факт, что в иные времена императоры сменяли друг друга по нескольку раз за год. И все же Империя жила и сохраняла свое весьма важное положение в древнем мире.

Подобные вещи можно сказать и о России. Внутренние противоречия здесь проявлялись весьма показательно. Война брата с братом за господство – весьма обычное явление в древней Руси. Переломный момент наступает лишь после того, как при Иване-III происходит весьма важное событие (к этому времени Византийское государство уже пало)-

- 1469 г. 11 февраля в Москву прибывает посольство от Римского папы Павла-IIс предложением к Ивану-ІІІ взять в жены племянницу византийского императора — Софью Палеолог.

- 1472 г. 25(12) ноября состоялся брак Великого князя Иоанна-III с греческой царевной Софьей Палеолог, дочерью Фомы, деспота Морейского из рода византийских императоров, племянницей последнего византийского императора Константина-II-го Палеолога. Россия принимает древний византийский герб с двуглавым орлом. Вместе с католичкой Софьей, учившейся в Риме, прибыл Аристотель Фиоравенти из рода Альберти из Болоньи; закончил Успенский собор (1479), руководил постройкой церквей в Новгороде и Вологде, учил русских чеканить монеты и лить пушки.

После данных событий больших переделов власти в России уже не было. Было только укрупнение и централизация власти в руках Московских царей. И совершенно не случайным является тот факт, что и до, и после этого события постоянно строились Православные Храмы и организовывались по всей Империи Православные монастыри. Именно они служили форпостами и центрами «кристаллизации» Российской государственности во всех уголках растущей Империи.

Многие сейчас недооценивают той консервативности в богослужении и соблюдении норм жизни в тех монастырях и церковных округах. Я немного сталкивался со старообрядцами и могу сказать, что одна только подготовка к основной молитве (так называемые «предмоления») занимает несколько часов. Молитва занимала много времени и проводилась каждый день. Все многочисленные предписания в поведении и образе жизни соблюдались с неукоснительной строгостью. И, надо отметить, это давало людям определенную стойкость в перенесении всех тягот жизни.

До определенного момента такая консервативная функция в Православии (как, впрочем, и в Мусульманстве) играет положительную роль. Государства растут, расширяются и достаточно хорошо управляются. Но за это надо платить большой консервативностью общественной жизни и поголовной безграмотностью. В условиях, когда в соседних государствах наблюдается культурный и технический прогресс, такое положение вещей ведет к опасной ситуации.

И снова история показывает примеры того, как общество начинает выбираться из такого положения. А делается это харизматичными лидерами, которым такие перемены позволяет делать их неограниченная власть и охраняемый традицией авторитет. В России это был Петр-І. В современной Турции – Ататюрк (в начале 20-х годов двадцатого века). Правда, есть и другие примеры, но мы не будем анализировать данный вопрос в нашей статье. Достаточно уяснить себе тот факт, что современный культурный и технический прогресс абсолютно невозможен на основе любой консервативной религии.

Я не хочу подвести читателя к мысли, что в современную просвещенную эпоху никакая вера вообще не нужна. Хотя к такому заключению ведет, казалось бы, сама жизнь. Практический опыт показывает, что в современных условиях наиболее приемлемой является свобода, дарующая человеку право верить или не верить в ту или иную религиозную доктрину (или выбирать атеистические убеждения), уравновешенная другой нормой – отделением церкви от государства и школы. Именно такой подход и закреплен в Конституции.

Но это – внешняя, формальная сторона жизни. А ведь внутри человека есть определенные внутренние «рычаги», без которых сам стимул жизни теряет смысл. И именно его и может дать определенное философское или религиозное мировоззрение. Поэтому быть совсем безучастным в вопросе к философии и религии государство никак не может. Как бы ни критиковали Марксистскую философию, но данная философия, охватывающая все стороны жизни, с практической точки зрения была куда лучше приспособлена именно к новой эпохе материально-технического и культурного прогресса. Ни Христианство, ни Мусульманство ни в коей мере современной эпохе не соответствуют. Чем раньше это поймут – тем меньше будет проблем. Именно практика показывает пассивность, лживость и лицемерие Христианства в современную эпоху. Когда видишь собственными глазами казнокрадов, лжецов и просто преступников, горячо молящихся, соблюдающих посты и делающих немалые пожертвования для строительства церквей, то как нельзя лучше понимаешь неверность выбранного пути. Что ходить далеко за примерами? Если кто не видел, то могу напомнить о таких «набожных» особах, коими являются президенты Грузии и Украины – Саакашвили и Ющенко. Вполне возможно, что так называемая «карма» рано или поздно карает подобных лиц. Но она карает одних, а на их место тут же приходят другие. И так, с молчаливого согласия послушных Христиан, этот круговорот не заканчивается уже второе тысячелетие!

Противоречия заложены в Христианстве везде и надо быть весьма искусным человеком, что бы суметь приспособить данную идеологию к современному научному мировоззрению. Но это – удел избранных мыслителей. А как быть с рядовыми гражданами? Конечно, если ограничиваться для основного контингента церковно-приходской школой, то дело пойдет. Но это – ложный и иллюзорный путь (хотя некоторые тенденции данного процесса наблюдаются). А в нормальной сильной школе давать на уроках «Закон Божий» и, одновременно, изучать современную биологию, химию, физику и астрономию – да это же абсурд! Такой учащийся либо будет расти патологическим лжецом и лицемером, либо – неврастеником и параноиком. Как можно не понимать этого?

О необходимости нового философского мировоззрения говорят много. Но по-настоящему вразумительного никто еще не предложил. Может дать поэкспериментировать каббалистам? Вполне возможно, что их доктрина позволит человеку чувствовать себя счастливым. Но как вы думаете приспособить подобный крайний субъективизм и иллюзионизм (так называется это течение в современной философии) к современной научной «начинке» нашего учебного процесса? Может я и ошибаюсь, но на практике это привело бы лишь к воссозданию Иудаизма в современной форме.

Так что поле для философских поисков еще свободно. Ищите, экспериментируйте. Но с чисто практической точки зрения я вновь вернусь к началу своего повествования. Все, так или иначе, сводится к тому, что бы человек знал истину о жизни своего человеческого социума и составляющих его людей, в чистом виде. Технически это уже становится возможным. Информация о каждом человеке должна быть полной и максимально объективной. Должен быть всемирный «банк информации», максимально защищенный от несанкционированного доступа и злоупотреблений. В обычном режиме доступ до информации об отдельном индивидууме, разумеется, должен быть ограниченным. И пополнение этого «банка» любой информацией должно проходить по определенным, очень продуманным, критериям. Но если какая-либо особа претендует на роль руководителя и законодателя в более или менее значительном масштабе, то скрывать информацию о нем от зависимых от него людей – преступление!

Вот это и есть, в моем представлении, «лакмусовая бумажка» для определения качества той или иной идеологии в современный период. Я имею в виду – отношение данной философии к подобному подходу о доступности информации. Кто будет обосновывать скрытость информации (под любым «соусом») – тот лжец и вся его философия мало чего стоит. Может я и ошибаюсь, но это – мое твердое убеждение. Если ты считаешь свои действия и жизнь достойными (хотя общество может с этим и не соглашаться в силу устаревших догм) – убеждай людей в своей правоте и доказывай это чуть ли не на каждом углу. Убедишь – обретешь доверие. Не убедишь – не лезь в руководство!

Это и есть мое чисто практическое руководство для оздоровления общественной жизни. Простое, понятное, не требующее каких-либо особых таинств и эзотерических приемов. Но, для того, что бы со всей решительностью начать действовать в нужном направлении, как раз и необходима крепкая идеологическая подоплека, которую без хорошей философской доктрины, основанной на цельном и гармоничном мировоззрении, не получишь.

Рейтинг:  5 / 5 Кол-во оценок: 1
Звезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активна