Что бы понять мои рассуждения, договоримся понимать мир, как пару противоположностей, имеющих взаимно различные цели, и поэтому, вынужденные вечно делить мир, поглощать его, но при этом не иметь возможность завладеть им с одной стороны, ибо это положило бы конец одной из половин, а, следовательно, и другой. То есть придадим миру диалектическую окраску. В итоге мы придем к тому, что это диалектика придает миру окраску, а не наоборот. Вопросы, которые мы ставим для себя, мы можем решить, оставив в заключении слово «да» или «нет», предполагая при этом, что имеет место именно это, а не то. Утверждаем мы так с полной уверенностью и убежденной правотой. «Сие неоспоримо!» Почему же «неоспоримо», может наоборот?

Человек, познавая мир, искал в нем некие закономерности. Например, почему происходит так, а не иначе, почему при моем действии происходит подобное, а при другом действии этого же не повторяется. Человечество за всю свою историю накопило колоссальный опыт причинно-следственных закономерностей, создало системы оценки различий и согласовало «разрозненные» в природе явления. Эта же работа, продолжается,  по сей день, и конца ей, как я думаю, не будет. Человек, познавал мир разрушая, и создавая. Весь путь истории человечество, как тому свойственно, стремилось к красоте и одним из результатов того являются всевозможные культуры различных народов. В культуре своего рода человек запечатлеет свою историю, свой взгляд на природу вещей. Культура народа является величайшей хранительницей ценностей доступных не многим. Черпать эти сокровища нам позволит образование и здравый разум. Времена шли, и человек с все более богатым опытом мог с большей уверенностью выводить закономерности, отличающиеся от предыдущих величиной размаха, и охвата явлений. Человек ставил на кон все что знал, и, по сути, это все что имел. Получая новые знания – формировал представления о мире. Разность различных культур отложила свой отпечаток в миропредставлении. Восточная культура принявшая некоторые догмы осталась при них и, использовав их, развивалась в дальнейшем в своем направлении, прибавляя к имеющимся знаниям новые. Полученные гипотезы находили подтверждение в практике и получали все большее развитие и распространение. Западная цивилизация, оставив свою культуру, познавала мир со своих позиций и взглядов, получив не меньшее развитие. В последствии культура западной цивилизации стала приобретать новое название – науки. Знания о мире оценивались с определенных позиций, которые узаконили свое существование в прошлом и положили начало будущим. Системы, c которыми подходит человек к последующему познанию мира, специфичны для каждой культуры, что является следствием их автономного друг от друга развитий. В итоге мы имеем последовательно обоснованное описание, предположим в западной (научной) системе знаний какого-то природного явления. Оно объяснено с позиций физики, биологии… Именно это «с позиций» выключает диалектическую составляющую мира. «Позиция» отграничивает человеческое описание мира от самой сути мира. Человек создает рамки, в которых он отмечает: это так, а это вот так, это я буду понимать сяк, а это трактовать так. Тем самым человек создает модель мира. В границах этой модели он ставит задачи, решаемые с позиций этой модели.

Именно такого рода задачи человек может решить и в решении сказать «да» или «нет». Мир широк и многообразен. Иное, лежит за пределами понимания человеком, или скажем иначе за пределами того, что человек понимая, может объяснить другому. На заре познания человечеством мира, когда еще не существовало строгой системы оценки, сущее рассматривалось с различных позиций. Тогда же Горгий сказал, что истины нет. Уточняя при этом, что даже если истина существует, то она недоступна сознанию, но даже если она доступна сознанию, она не передаваема языком, но, если даже…

Все остальные знания человечество заключает в темницы с названием «бессознательное», «паранормальное». Эти знания не вписываются в систему науки, они не подходят для формирования по ним условий задач, а, следовательно, не приемлемы для решения и уж точно не могут быть ответом на задачу. Такие знания стоят за пределами науки. Такими знаниями оперирует религия, страсти, чувства человека. Дискуссии о таких знаниях в научном контексте бессмысленны. Такая информация при оперировании ею, не приведет к решению задачи: «да» или «нет», такая задача решается по другому: «да» и «нет». Мир диалектичен и двойственен, таким образом, полное и точное его понимание не может принять одну из сторон, потому как другая сторона пропадет, а значит и лишит возможности существования первую. Решением таковой задачи будет признание  обоих составляющих мира. Ваш покорный слуга не силен в приведении фактов, можно сказать, что мне даются только общие принципы и закономерности, а привести что-то в доказательство я не могу. Остановлюсь на том, что жизнь полна подобных примеров. Поднимите голову от книжки, пройдитесь по улице, посмотрите по сторонам. Взгляните на окружающих, оцените их действия, при этом не будьте субъективны и не оценивайте их действия со стороны универсального измерителя собственного «я». Вы непременно заметите то, что нельзя сказать прав ли это человек или не прав, только приняв чью-то сторону из противоборствующих вы решите, что он прав ли наоборот, но при этом потеряете вторую диалектическую составляющую, а, следовательно, истина ускользнет от вас. Истина гибкая и не принадлежит не кому, она птицей парит над полем боя созерцая как оба противника разбивают друг друга борясь за нее, а в итоге кто-то лишится права жить, а кто-то подняв голову вверх не обнаружит этой птицы, все это вместо того что бы вместе созерцать прекрасный ее полет. Истина не принадлежит ни кому, проще сказать, что ее нет, но она есть. С той же правотой она принадлежит и обеим противоборствующим сторонам, в каждом из которых есть часть справедливости, и часть бесправности. К истине нужно относиться с особым вниманием и заботой, не упуская ее своей тупостью, и не удерживая ее своей абсолютностью, в последнем случае она просто пропадет. В этом тоже имеется диалектика, во всем есть да и нет, есть добро и зло, есть правда и ложь, есть хорошо и плохо, есть все…

Сказать что, что-то «да», а что-то «нет» заведомо не приведет к истине.

Итак, перед нами имеется некоторая информация, достоверность которой нам не известна, и смысл которой для нас не ясен. Любое знание может восхитить, удивить, поразить, разозлить, расстроить, да все какие могут быть проявления человеческого характера вызвать. Так вот, я предлагаю относиться ко всей информации так: ничего нельзя отрицать и ничто нельзя доказать. В этом месте мне положено сделать паузу для того, что бы можно было подумать и, взвесив эти слова понять их смысл.

Пауза…

Надеюсь, вы поняли все, что я хотел этим сказать. Но все же я, попросив прощения за усердие, возьму на себя смелость расшифровать сказанное. Возьмем первое: ничего нельзя отрицать. Дело все в том, что отрицать можно. Можно сказать, что человек может жить без кислорода, а корова вдруг взлетит, т.е. это отрицать можно, даже нужно. Порою, мы являемся заложниками дефицита информации и плюс мало знакомы с работой системы, с которой имеем дело. С этих позиций, с присоединением большой доли вероятности, с малой осведомленностью, с непониманием происходящего, со всех этих сторон трудно сориентироваться и сказать это может быть, а этого быть не может. Наш мир многогранен и мы с вами пока еще не проникли в тонкости его глубин, соответственно, мы не можем что-то утверждать с абсолютной точностью. Все же это не значит, что что-то одно может быть и не быть, это значит, что оно может быть, но если соблюдены следующие условия, а если таковых условий не соблюдено, то таковое абсурдно.

Едим далее и разбираем другую половину высказывания. Итак: ничто нельзя доказать. Вы прекрасно помните, как мы доказывали теоремы по геометрии в школе.  Так же знаете, как ученые доказывают, что геном белой лабораторной мышки идентичен нашему с вами, ну а серой мышки, совершенно иной по сравнению с нашим геномом, он сродни крокодильему (шутка конечно). Факт доказательства бесспорен, но мы с вами подходим к этому вопросу несколько с общей позиции вещей. Что мы имеем? Я в начале, уже писал про научную систему, про ее относительность и обоснованность. Возьмем науку геометрию. Мы доказываем, в плоскостной геометрии (планиметрии) Эвклида, теорему, о двух параллельных прямых. В начале доложим тезис, т.е. собственно, о чем мы собираемся разговаривать, и что доказывать. Говорим: «две прямые считаются параллельными, если они не пересекаются». Теперь доказываем! Т.е. проводим процедуру обоснования, это значит, что нам придется используя известные методы (причем не только известные, но и дозволенные) опровергнуть вариант, в данном случае, пересечения параллельных прямых. Мы это делаем просто, проводим прямую, пересекающую обе параллельные прямые и сравниваем получившиеся углы. Можно проще, пересекаем одну из двух параллельных прямых третьей и доказываем, что последняя (третья) никак не может быть параллельна другой. Такой метод доказательства получил название «от противного»,  вообще оказался ни такой противный, как казался первое время. За всеми этими играми разума мы должны вот что не просмотреть. При доказательствах пользовались так сказать аксиомами (теоремами, не требующими доказательств), т.е. природными истинами, которые мы принимаем, как данность. Например: прямая, касательная, угол, перпендикулярность, параллельность и др. Античные землемеры выдвинули условия, и, соблюдая их, стали измерять и сопоставлять, приняли сочетание контуров и получили фигуры, приложили к ним свойства контуров и получили свойства фигур. Все начиналось с того, что договорились считать это тем-то, тем-то, а это так-то, так-то. Возьмем немного шире и зададим такой вопрос: «почему прямые - параллельны?», в правилах геометрии получим ответ: «потому что они не пересекаются», а без правил геометрии ответа не получим. В науке мы договорились, что: «прямые параллельны, если они не пересекаются». Свойство параллельности – фундаментальное свойство прямых в геометрии и считается, если не аксиомой, то одной из первых в иерархии сложности теорем. Грубо говоря, оно не доказуемо, а всего лишь обусловлено другим противоположным свойством – «пересечения». Эти два свойства исключают друг друга и создают так сказать разность потенциалов, иначе говоря, организуют диалектику. Организуют борьбу противоположностей, т.к. сами различны, но объединившись вместе дают новый синтез – почву для рассуждений на основе двух различий, т.е. истину.

Прошу прощения за то, что отвлекся от обоснования второй части высказывания, просто хотел подчеркнуть диалектическую развернутость в мире. Итак, одно не существует без другого, т.е. если мы опровергнем пересекаемость (скажем, например, что если прямые пересекаются, то они параллельны), то свойство параллельности рухнет само собой. Одному не быть без другого. Так вот, отвлекшись от геометрического алгоритма, мы не принимаем условий Эвклида. Здесь мы ничего не нарушаем, просто мы не входим в число тех, кто принял обязанность считать так, а не эдак. С этих позиций ни одно из дальнейших рассуждений в системе Эвклидовой геометрии не имеет смысла, т.к. строится на предыдущих. Например, мы вправе сказать, что две прямые не пересекаются, если не параллельны. С точки зрения планиметрии это абсурдно, а в нашей системе – стереометрии, это имеет равноправие со всем остальным. Я хочу этим подчеркнуть важность системы оценки и «относительность» научного знания. Научное знание «относительно» относительно себя самого. Оно заключено в себе и определяется через себя, как говорил Эммануил Кант, имея в виду при этом «вещь в себе». Вернемся снова к невозможности доказательства и оценим ее снова. Итог: доказать можно нечто, существующие, в некой (в данном случае в научной) системе, и существующее по законам этой системы. При попытке доказать что-то экстра системное для закономерностей некой системы мы потерпим неудачу. Иначе, слово «доказательство» здесь теряет свой смысл.

Я надеюсь, что вы поймали мысль за хвост! Приношу свои скромные извинения за столь сложное и запутанное объяснение. В применении к повседневному быту, откуда, собственно, и родились эти рассуждения, можно сказать вот что. Мы имеем незнакомого человека, который предоставляет нам заманчивое, и совершенно не сложное предложение. Нас учили не верить незнакомцу, как собственно и следует поступить! При этом, да и всегда, нужно иметь в виду, что абсурдность слов его не доказана, как и не опровергнута, что бы при этом не говорили факты, конечно если последние не имеют исчерпывающего значения. Принцип сложен в понимании, так же как и прост. Я преисполнен надеждой, что он все же будет понят вами.

Стрелки на часах двигаются, так давайте и мы не будем останавливаться на достигнутом, и продолжим наши рассуждения. Следующим принципом, который, я думаю, уже будет излишне объяснять, а нужно просто назвать я хотел бы преподнести принцип относительности. Этот принцип сравнивает и согласует противоположности. Я не раз употреблял его в этом письме и думаю, что в предыдущем примере исчерпывающее высказал его.

Другим моментом я упомяну про то, о чем я размышляю уже давно и не приду, так сказать, к внутреннему согласию о том, что нужно ли выделять это в отдельный принцип. Скорее речь идет об общем законе природы, чем о статусе принципа в контексте моего письма. Я бы назвал его принципом взаимоисключения и дополнения. Здесь ситуация не так сложна и должна быть проще понятна. В физике это принцип мелькает, как мне известно, в двух местах. Это закон сохранения вещества М. Ломоносова и первое начало термодинамики или закон сохранения энергии. Закон сохранения вещества звучит примерно так: «если где чего отнимется, то обязательно присовокупится в другом месте ровно столько же». Прошу прощения за кустарную формулировку, прочел по памяти из воспоминания нашего Российского светила науки. Закон сохранения энергии: «энергия не теряется в никуда, и не образуется из ниоткуда, а только переходит из одного вида в другой». Так вот, принцип, который я сформулировал, как мне кажется, имеет вполне собственное название и с миром покоится на листах учебников философии. Сводится он к тому, что, если системе прибавить привилегий, то она теряет степени свободы. Можно и в противоположность: при потере системой привилегий, она обретает некоторые степени свободы. Пример прост. Человек, менеджер в фирме, у него есть свои обязанности и свой оклад. Работает исправно, от работы не отлынивает, а наоборот перевыполняет план. Его в одно прекрасное утро, когда у начальника было хорошее настроение, повышают в должности. Оклад становится выше, полномочия шире, но и растет ответственность. Пример того, что при увеличении привилегий ограничивается свобода. Человек получил новую должность, а его предшественник был уволен, за то, что не справился со своей задачей, опоздал, к примеру, на презентацию новых товаров. Это пример того, что при увеличении степеней свободы ускользают привилегии.

Все это очень условно и имеет множество оговорок, потому что имеет место много привилегий и много степеней свободы. Одни привилегии дадут рост степеням свободы, другие свободы расширят привилегии. Дело в том, что последние два случая формированы человеческим социумом, в котором могут иметь место новые принципы и закономерности, а так же имеют место беззаконие, которое вообще не согласуется с природным порядком. Все это требует доработки и более тщательного продумывания. Все же я надеюсь на ясность изложения своих мыслей. По большому счету, я закончил изложение принципов, которые хотел донести, и которые вам, я абсолютно уверен, знакомы. При всем при этом я надеюсь вызвать у вас заинтересованность своими рассуждениями.

С уважением,

Евгений Власов

Рейтинг:  5 / 5 Кол-во оценок: 1

Звезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активна